Вы живёте во Франции — с видом на жительство, по визе или даже без действующего статуса, — и тут приходит тяжёлый диагноз: болезнь, которая требует постоянного лечения, дорогих препаратов или аппарата, без которого жизнь под угрозой. Первый страх — за здоровье. Второй — за право остаться: продлит ли префектура вид на жительство, не вручат ли вместе с отказом предписание покинуть территорию (OQTF), где лечиться, если отправят обратно в Россию, и что делать, если врачи коллегии OFII решат, что «лечиться можно и дома». Эта ситуация — одна из самых кризисных в иммиграционном праве, и у неё есть точный юридический ответ: статья L. 425-9 CESEDA даёт тяжелобольному иностранцу, который обычно проживает во Франции, временную карту «vie privée et familiale» (частная и семейная жизнь) сроком на один год. Виза длительного пребывания для этого титула не требуется, а решение префект принимает после заключения коллегии врачей медицинской службы OFII (Office français de l’immigration et de l’intégration — Французского управления иммиграции и интеграции). Но на практике именно здесь всё и решается: какие справки приложить, как доказать, что нужного лечения в России нет, что отвечать на дополнительные запросы врачей и как обжаловать отказ в административном суде. В этом гиде — вся цепочка: три условия закона, пошаговая процедура в префектуре Парижа и Иль-де-Франс, сроки (один месяц на медицинский сертификат, пятнадцать дней на дополнительные документы, четыре месяца молчания префектуры, два месяца на суд), а также разбор двух свежих судебных решений, которые показывают, из-за чего проигрывают и благодаря чему выигрывают такие дела: отклонённая жалоба против префекта полиции Парижа (CAA Paris, 12 января 2024, n° 23PA03444) и проигрыш префекта Валь-д’Уаз, подтверждённый судом Версаля (CAA Versailles, 16 ноября 2023, n° 23VE01251). Официальная инструкция процедуры — fiche service-public.fr F17164, проверенная 1 мая 2026 года.
I. Как получить ВНЖ по болезни: условия закона, досье и коллегия врачей OFII
A. Три условия статьи L. 425-9: как доказать тяжесть болезни и отсутствие лечения в России
Вид на жительство для тяжелобольного иностранца — это не жест доброй воли префекта, а право, прямо записанное в законе. Статья L. 425-9 Кодекса въезда и пребывания иностранцев и права убежища (CESEDA) формулирует его так: «L’étranger, résidant habituellement en France, dont l’état de santé nécessite une prise en charge médicale dont le défaut pourrait avoir pour lui des conséquences d’une exceptionnelle gravité et qui, eu égard à l’offre de soins et aux caractéristiques du système de santé dans le pays dont il est originaire, ne pourrait pas y bénéficier effectivement d’un traitement approprié, se voit délivrer une carte de séjour temporaire portant la mention » vie privée et familiale » d’une durée d’un an». По-русски: иностранец, обычно проживающий во Франции, чьё состояние здоровья требует медицинской помощи, отсутствие которой может повлечь для него последствия исключительной тяжести, и который с учётом предложения медицинской помощи и особенностей системы здравоохранения страны происхождения не сможет реально получить там подходящее лечение, получает временную карту «частная и семейная жизнь» сроком на один год. Из этой одной фразы вытекают три условия, и каждое нужно доказать отдельно. Первое — обычное проживание во Франции (résidence habituelle): официальная инструкция требует подтвердить не менее одного года жизни в стране — визой, récépissé (распиской о приёме досье), документами от госучреждений, банковскими выписками с движением средств, письмами и свидетельствами близких. Второе — тяжесть: отсутствие лечения должно грозить последствиями «исключительной тяжести». Ориентиры для врачей OFII заданы постановлением (arrêté) от 5 января 2017 года, которое суд Версаля цитирует дословно: «Cette condition des conséquences d’une exceptionnelle gravité résultant d’un défaut de prise en charge doit être regardée comme remplie chaque fois que l’état de santé de l’étranger concerné présente, en l’absence de la prise en charge médicale que son état de santé requiert, une probabilité élevée à un horizon temporel qui ne saurait être trop éloigné de mise en jeu du pronostic vital, d’une atteinte à son intégrité physique ou d’une altération significative d’une fonction importante». По-русски: условие считается выполненным всякий раз, когда без нужной помощи здоровью угрожает с высокой вероятностью и в не слишком отдалённой перспективе риск для жизни, посягательство на физическую целостность или существенное нарушение важной функции организма. Для хронических развивающихся болезней тяжесть оценивают через последствия прерывания именно того лечения, которое человек получает сейчас во Франции. Третье условие — самое спорное: невозможность реально получить подходящее лечение в стране происхождения. Ключевое слово — «effectivement» (реально, на деле). Суд не сравнивает, одинаково ли хорошее лечение во Франции и в России: суд Версаля прямо подчёркивает, что суд первой инстанции «n’a pas recherché si les soins dans le pays d’origine sont équivalents […] en France ou en Europe» — не выяснял, эквивалентна ли помощь на родине французской или европейской, а проверял, есть ли подходящее лечение и доступно ли оно так, чтобы им можно было реально воспользоваться. Поэтому доказывать нужно не «в России медицина хуже», а конкретные факты: нужный препарат не зарегистрирован или отсутствует, аппарат требует бесперебойного электричества, которого нет, профильных врачей нет в вашем регионе, очереди делают лечение недоступным. Ещё два важных правила из той же статьи. Виза длительного пребывания не требуется: «La condition prévue à l’article L. 412-1 n’est pas opposable» — требование визы, которое обычно обязательно для первой карты (сама статья L. 412-1 гласит: «Sous réserve des engagements internationaux de la France et des exceptions prévues aux articles L. 412-2 et L. 412-3, la première délivrance d’une carte de séjour temporaire ou d’une carte de séjour pluriannuelle est subordonnée à la production par l’étranger du visa de long séjour mentionné aux 1° ou 2° de l’article L. 411-1»), здесь не применяется. Значит, просить титул по болезни можно даже в нелегальном положении (en situation irrégulière) — инструкция service-public.fr прямо это подтверждает. Но есть и пределы: префектура вправе отказать, если человек не исполнил прежнее предписание покинуть территорию или совершил подлог документов, тяжкие деликты и преступления (наркоторговля, торговля людьми, сводничество, недостойные условия труда и жилья), насилие против избранных лиц, госслужащих и сотрудников охраны. В отдельной процедуре идёт только родитель больного несовершеннолетнего ребёнка — ему положена не карта на год, а временное разрешение на пребывание (autorisation provisoire de séjour, APS), и подавать нужно не через обычную онлайн-заявку. Если карту выдают, нужно оплатить гербовый сбор 50 евро налоговыми марками (timbres fiscaux), а если человек въехал без долгосрочной визы — ещё и «визу легализации» 300 евро.
B. Пошаговая процедура: заявка в ANEF, медицинский сертификат, сроки в один месяц и пятнадцать дней
Процедура устроена так, чтобы медицинская тайна не попадала к чиновникам: врачи решают медицинский вопрос, префект — административный, и эти два контура почти не пересекаются. Заявка подаётся онлайн через портал ANEF (Administration numérique pour les étrangers en France — цифровую администрацию для иностранцев). К ней прикладываются обычные документы: полная копия свидетельства о рождении с последними отметками (кроме тех, у кого карта уже есть), паспорт со страницами о гражданстве, сроках действия, штампах въезда и визах (или консульское свидетельство с фото, удостоверение личности с фото, консульская карта с фото, свидетельство о гражданстве моложе шести месяцев с фото), подтверждение адреса моложе шести месяцев, электронное фото (e-photo с кодом от аккредитованного фотографа), подписанное обязательство соблюдать принципы Республики, а для женатых граждан стран, где разрешено многожёнство, — заявление о немногожёнстве, плюс доказательства года обычного проживания, перечисленные выше. После регистрации заявки в личном кабинете ANEF появляется медицинский сертификат (certificat médical), который нужно скачать, распечатать, отнести своему лечащему врачу, а заполненный — отправить почтой в медицинскую службу OFII вашего региона. Для жителей Парижа и Иль-де-Франс это территориально компетентное отделение OFII, адрес которого подсказывает портал; для доказательности отправляйте заказным письмом с уведомлением о вручении (recommandé avec accusé de réception). Срок жёсткий: в общем случае заполненный врачом сертификат должен уйти в OFII в течение одного месяца со дня его появления в личном кабинете; у просителей убежища — три месяца со дня регистрации просьбы об убежище. Дальше работает статья R. 425-11 CESEDA: «Pour l’application de l’article L. 425-9, le préfet délivre la carte de séjour temporaire portant la mention » vie privée et familiale » au vu d’un avis émis par un collège de médecins à compétence nationale de l’Office français de l’immigration et de l’intégration. L’avis est émis dans les conditions fixées par arrêté du ministre chargé de l’immigration et du ministre chargé de la santé au vu, d’une part, d’un rapport médical établi par un médecin de l’office et, d’autre part, des informations disponibles sur les possibilités de bénéficier effectivement d’un traitement approprié dans le pays d’origine de l’intéressé». По-русски: префект выдаёт карту на основании заключения, вынесенного коллегией врачей национального уровня OFII; заключение готовится на основе, с одной стороны, медицинского рапорта врача Управления, а с другой — доступной информации о возможности реально получить подходящее лечение в стране происхождения. На практике это означает две проверки подряд. Сначала врач OFII изучает ваш сертификат и вправе — только с вашего согласия и с соблюдением врачебной этики — запросить дополнительные сведения у вашего врача или любого медика, у которого они есть; он может вызвать вас на бесплатный медосмотр и назначить бесплатные дополнительные обследования (нужен только документ с фото). Ответы и результаты должны дойти до врача OFII за пятнадцать дней со дня его запроса; если не успеваете — в тот же срок письменно подтвердите, что уже предприняли нужные шаги. Внимание: если вообще не отвечать на запросы врача OFII, справку о продлении рассмотрения заявки (attestation de prolongation d’instruction) не дадут. Как только медицинский рапорт передан коллегии врачей, префектура выдаёт ту самую attestation de prolongation d’instruction — её скачивают в личном кабинете ANEF, и она прикрывает легальность пребывания, пока досье изучается. Затем высказывается коллегия: она тоже может запросить дополнения за пятнадцать дней, заслушать вас, осмотреть вас или назначить обследования, после чего направляет префектуре медицинское заключение (avis médical). И здесь — важнейший нюанс всей процедуры, который официальная инструкция формулирует прямо: заключение коллегии врачей OFII — это простое мнение, которое не связывает префекта, и именно префект по своему усмотрению решает, выдать или не выдать карту vie privée et familiale для лечения. Заключение коллегии — это простое мнение, оно не связывает префекта, и префект сам оценивает, выдать карту или отказать. Но эта свобода не безгранична, и она по-разному работает в зависимости от содержания заключения. Закон различает две ситуации. Если коллегия решила, что условия выполнены, префект может отказать лишь специально мотивированным решением — та же статья L. 425-9 говорит: «Si le collège de médecins estime dans son avis que les conditions précitées sont réunies, l’autorité administrative ne peut refuser la délivrance du titre de séjour que par une décision spécialement motivée». Если же заключение отрицательное, префект обычно просто воспроизводит его в отказе — и тогда спор переносится в суд, где проверяются и медицина, и доступность лечения на родине. Решение может быть письменным, а может вытекать из молчания: нет ответа четыре месяца — значит, отказ (décision implicite de rejet). Обжаловать его можно в административном суде в течение двух месяцев со дня уведомления или публикации решения. В Париже заявления рассматривает административный суд Парижа (tribunal administratif de Paris), для жителей Валь-д’Уаз и большей части дальних пригородов — суд Сержи-Понтуаз (tribunal administratif de Cergy-Pontoise), для Сен-Сен-Дени и Валь-де-Марн — суд Монтрёй (tribunal administratif de Montreuil); апелляции идут в апелляционные суды Парижа и Версаля. Именно на этом этапе становится видно, какие досье выигрывают, а какие проигрывают, — об этом вторая часть.
II. Отказ префекта и суд: почему одни досье проигрывают, а другие выигрывают
A. Два свежих решения судов: проигрыш заявителя в Париже и проигрыш префекта в Версале
Первое решение — предупреждение всем, кто собирает досье небрежно. Гражданка Барбадоса, живущая во Франции с 2014 года, в декабре 2021 года попросила карту по болезни, а 12 июля 2022 года префект полиции Парижа отказал ей, предписал покинуть территорию за тридцать дней и указал страну назначения; административный суд Парижа 13 марта 2023 года жалобу отклонил, и апелляционный суд Парижа решением CAA Paris, 3ème chambre, 12 janvier 2024, n° 23PA03444 отказ подтвердил. Женщина страдает шизофренией и additionally сердечной патологией; коллегия врачей OFII сочла, что лечение на родине доступно, а доказать обратное заявительница не смогла. Суд разобрал её бумаги по пунктам и отвёл каждую. Медицинские справки с апреля 2018-го по июль 2022-го о ежеквартальных инъекциях препарата Тревикта (Trevicta) и письмо барбадосского психиатра от 6 октября 2022 года о недоступности препарата в стране — «ces documents qui sont rédigés en des termes généraux et insuffisamment circonstanciés ne permettent ni de remettre en cause l’appréciation portée par le collège des médecins de l’OFII sur la possibilité pour l’intéressée de bénéficier de soins appropriés à sa pathologie à la Barbade ni d’établir que le Trevicta serait le seul traitement approprié à sa pathologie, alors que le préfet de police a fait valoir en première instance, sans être sérieusement contredit, que le Rispéridone, une substance active également utilisée pour soigner la schizophrénie, est disponible dans le pays d’origine de l’intéressée». По-русски: документы, составленные в общих выражениях и недостаточно подробно, не позволяют ни поколебать оценку коллегии врачей OFII о возможности лечиться на Барбадосе, ни доказать, что Тревикта — единственное подходящее лечение, тем более что префект ещё в первой инстанции без серьёзных возражений указывал: рисперидон, действующее вещество, которое тоже лечит шизофрению, в стране происхождения доступен. Справка клинического психолога от 13 октября 2022 года отведена, потому что «cette attestation se borne à évoquer un suivi thérapeutique et ne fait référence à aucun traitement médical» — упоминает лишь терапевтическое наблюдение и не ссылается ни на какое лечение. Отчёт о консультации от 20 сентября 2021 года с назначениями Coveram, Bisoce, Fludex LP, Kardegic и Tahor отведён, поскольку «eu égard à ses mentions dénuées de précisions sur la disponibilité des traitements et des soins dans le pays d’origine de l’intéressée, ce document ne permet pas d’établir qu’il n’existerait pas des traitements appropriés et équivalents à la Barbade» — в нём нет ничего о доступности помощи на родине, а значит, он не доказывает отсутствия там подходящих аналогов. Довод о частной и семейной жизни по статье 8 Европейской конвенции (все привязанности — во Франции) отклонён за недоказанностью: «elle ne produit aucune pièce à l’appui de ses allégations» — ни одного документа в подтверждение. Итог: «La requête de Mme B… est rejetée» — жалоба отклонена. Урок для россиян прямой: общие справки «пациент болен и нуждается в лечении» не работают; каждый препарат нужно привязать к вопросу, есть ли он и его аналоги именно в России и именно для вас, психологические заключения без назначений веса не имеют, а довод о корнях во Франции требует папки доказательств, а не одной фразы. Второе решение — зеркальное, и оно показывает, как выигрывают. Гражданин Центральноафриканской Республики, въехавший в 2019 году, просил продлить карту по болезни; 7 апреля 2022 года префект Валь-д’Уаз отказал и предписал выезд за тридцать дней; административный суд Сержи-Понтуаз 22 мая 2023 года отменил отказ и обязал префекта выдать карту больного иностранца в течение двух месяцев; префект обжаловал, просил и приостановки исполнения, но апелляционный суд Версаля решением CAA Versailles, 16 novembre 2023, nos 23VE01251-23VE01250 жалобу префекта отклонил: «La requête n° 23VE01251 du préfet du Val-d’Oise est rejetée». Мужчина страдает тяжёлым синдромом обструктивного апноэ сна, которому сопутствуют сердечно-сосудистые болезни; лечение — аппарат постоянного положительного давления в дыхательных путях (pression positive continue, PPC). Коллегия OFII 28 марта 2022 года признала тяжесть, но заявила о наличии подходящего лечения на родине, и префект «s’est approprié les termes de cet avis» — просто воспроизвёл это мнение в отказе. Суд разобрал дело заново и пришёл к противоположному выводу. Решающими стали персонализированные доказательства: справки врача от 12 мая 2022 года и 25 февраля 2023 года о необходимости именно PPC-терапии и о крайней тяжести патологии с коморбидностями, справка нефролога из Банги от 5 мая 2022 года о том, что PPC-терапии в столице Центральноафриканской Республики нет, и публикации о перебоях с электричеством в Банги, без которого аппарат работать не может. Суд заключил: «Les premiers juges y ont apporté une réponse négative en raison des coupures de courant récurrentes en Centrafrique y compris à Bangui, la capitale, affectant la possibilité de mise en place d’un traitement par pression positive continue, seul traitement réellement adapté à l’apnée sévère dont souffre le requérant au vu des éléments médicaux personnalisés comme généraux figurant au dossier» — первые судьи ответили отрицательно из-за повторяющихся отключений электричества в Центральноафриканской Республике, включая столицу Банги, которые делают невозможным лечение аппаратом постоянного давления — единственным реально подходящим средством при тяжёлом апноэ заявителя с учётом как персональных, так и общих медицинских материалов дела. Префект в апелляции лишь утверждал без какого-либо медицинского подтверждения, что апноэ «умеренное», а подходящим лечением была бы трахеотомия, — суд счёл это не опровергающим вывод первой инстанции. Три юридических вывода этого решения работают на любое досье. Во-первых, благоприятное заключение коллегии переворачивает бремя доказывания: «La partie qui justifie d’un avis du collège de médecins du service médical de l’Office français de l’immigration et de l’intégration qui lui est favorable doit être regardée comme apportant des éléments de fait susceptibles de faire présumer l’existence ou l’absence d’un état de santé de nature à justifier la délivrance ou le refus d’un titre de séjour. Dans ce cas, il appartient à l’autre partie de produire tous éléments permettant d’apprécier l’état de santé de l’étranger et, le cas échéant, si, eu égard à l’offre de soins et aux caractéristiques du système de santé dans le pays dont il est originaire, il pourrait ou non y bénéficier effectivement d’un traitement approprié». Тот, у кого благоприятное заключение коллегии, считается представившим факты, позволяющие предполагать наличие или отсутствие состояния, обосновывающего выдачу или отказ, — и тогда уже другая сторона обязана представить всё для оценки здоровья и реальной доступности лечения на родине. Во-вторых, заявитель, оспаривая заключение в суде, «a levé le secret relatif aux informations médicales qui le concernent, afin de permettre au juge de se prononcer en prenant en considération l’ensemble des éléments pertinents, notamment l’entier dossier du rapport médical au vu duquel s’est prononcé le collège des médecins» — снимает врачебную тайну со своих данных, чтобы судья решил с учётом всех существенных материалов, включая полное досье медицинского рапорта, по которому высказывалась коллегия, и суд вправе истребовать это досье у OFII. В-третьих, суд проверяет реальный доступ, а не абстрактное наличие: даже если лекарства от гипертонии входят в список основных и доступны, отказ всё равно незаконен, когда ключевое лечение (здесь — PPC-аппарат при электричестве, которого нет) недоступно реально. Для россиян параллель очевидная: если препарат ушёл с российского рынка, если оборудование зависит от поставок, которых нет, если профильная помощь есть только в Москве, а вы из региона без возможности переезда, — доказывайте именно реальный доступ, а не средний уровень медицины по стране. Сравните два дела: там, где были общие фразы и не оспоренный довод о доступном аналоге (рисперидон на Барбадосе), — проигрыш; там, где были именные справки, местный врач из столицы и пресса о блэкаутах, — выигрыш с обязанием выдать карту. Разница не в тяжести болезней, а в качестве доказательств.
B. Как обжаловать отказ и OQTF: суды, сроки и продление карты
Отказ почти всегда приходит пакетом: отказ в карте, предписание покинуть территорию (obligation de quitter le territoire français, OQTF) с добровольным сроком выезда тридцать дней, а иногда и указание страны назначения. Каждый элемент пакета обжалуется, и пропуск срока хотя бы по одному из них может сделать весь спор бессмысленным. Базовое правило содержит статья L. 614-1 CESEDA: «La décision portant obligation de quitter le territoire français ainsi que la décision relative au séjour, la décision relative au délai de départ volontaire et l’interdiction de retour sur le territoire français qui l’accompagnent, le cas échéant, peuvent être contestées devant le tribunal administratif selon la procédure prévue à l’article L. 911-1». Решение о предписании покинуть территорию, решение о пребывании, решение о сроке добровольного выезда и сопровождающий их запрет на возврат могут оспариваться в административном суде. На практике это означает одну жалобу на весь арестэ (arrêté) префекта с отдельными доводами против каждого пункта: против отказа — нарушение статьи L. 425-9 и ошибка в оценке доступности лечения; против OQTF — её незаконность как следствия незаконного отказа; против страны назначения — риск прерывания лечения. Срок на жалобу против отказа без OQTF — два месяца; если приложено OQTF со сроком выезда тридцать дней, действует ускорённый, но всё равно защищающий порядок: жалоба в административный суд приостанавливает исполнение предписания до решения суда, и выдворить человека, пока суд не решил, нельзя. Поэтому первое правило при получении конверта из префектуры — смотреть дату уведомления и считать срок в тот же день, а не «когда найду адвоката». Подробно о механике сроков, содержания под стражей в CRA и запрете на возврат рассказано в нашем общем гиде о предписаниях покинуть территорию — что делать россиянам при получении OQTF: 30 дней, 48 часов, содержание в CRA и суд. Второе оружие — срочная приостановка (référé-suspension). Статья L. 521-1 Кодекса административного судопроизводства позволяет: «Quand une décision administrative, même de rejet, fait l’objet d’une requête en annulation ou en réformation, le juge des référés, saisi d’une demande en ce sens, peut ordonner la suspension de l’exécution de cette décision, ou de certains de ses effets, lorsque l’urgence le justifie et qu’il est fait état d’un moyen propre à créer, en l’état de l’instruction, un doute sérieux quant à la légalité de la décision». Когда административное решение, пусть даже отказное, обжаловано с требованием отмены или изменения, судья срочных дел может приостановить его исполнение, если этого требует срочность и приведён довод, способный на данной стадии вызвать серьёзное сомнение в законности решения. Для тяжелобольного срочность доказывается проще, чем в обычных делах: прерывание лечения, назначенные процедуры, риск ухудшения. В деле из Версаля префект сам просил приостановить исполнение решения суда первой инстанции (sursis à exécution) — и суд отказал, констатировав: «Il n’y a pas lieu de statuer sur les conclusions de la requête n° 23VE01250 du préfet du Val-d’Oise» — нет оснований решать по ходатайству префекта, поскольку нижестоящий суд уже обязал выдать карту. Третье — что просить у суда. Просят отмены отказа (annulation), а также предписаний суду: обязать префекта выдать карту «vie privée et familiale» с неустойкой (astreinte) за каждый день просрочки либо как минимум пересмотреть дело и выдать временное разрешение с правом на работу на время пересмотра. Суды такие предписания выносят: суд Сержи-Понтуаз обязал префекта выдать карту в двухмесячный срок, и Версаль это подтвердил. Четвёртое — деньги за выигранный спор: суд Версаля постановил, что «L’Etat versera à M. B… une somme de 1 500 euros au titre des dispositions de l’article L. 761-1 du code de justice administrative» — государство выплатит заявителю 1500 евро по статье L. 761-1 Кодекса административного судопроизводства (возмещение судебных расходов). И наконец, пятое — жизнь после победы. Карта выдаётся на один год и продлевается, пока условия сохраняются; при каждом продлении коллегия врачей высказывается заново, поэтому лечение прерывать нельзя, а медицинские документы нужно копить непрерывно: свежие назначения, чеки за препараты, подтверждения госпитализаций. Если болезнь отступила и лечение стало доступно на родине, префект при продлении откажет — и это будет законно. Отдельно для Парижа и Иль-де-Франс: досье здесь идут через префектуру полиции (для Парижа) или префектуры департаментов, медицинские отправления — в OFII, суды — Париж, Сержи-Понтуаз или Монтрёй по месту жительства, апелляция — Париж или Версаль; attestation de prolongation d’instruction скачивается из ANEF и предъявляется работодателю, в CPAM (Caisse primaire d’assurance maladie — первичную кассу медстрахования) и при проверках — она подтверждает, что пребывание законно, пока решение не принято.
Conclusion
Вид на жительство по болезни — это право, а не милость: закон требует выдать годовую карту «vie privée et familiale», если человек обычно живёт во Франции, без лечения ему грозят последствия исключительной тяжести, а подходящее лечение на родине реально недоступно. Виза для этого не нужна, нелегальное положение не преграда, но каждое из трёх условий придётся доказать документами, а не словами. Процедура проходит через ANEF и врачей OFII: сертификат за один месяц, ответы на запросы за пятнадцать дней, затем заключение коллегии — простое мнение, которое не связывает префекта, но которое суд проверяет по существу. Два свежих дела делят практику надвое: общие справки и недоказанные утверждения проигрывают даже при тяжёлом диагнозе, а именные заключения, местный врач из страны происхождения и доказательства реальной недоступности лечения выигрывают — вплоть до обязанности префекта выдать карту и выплаты 1500 евро расходов. Отказ с предписанием покинуть территорию обжалуется в административном суде, жалоба останавливает выдворение, а срочность по болезни открывает путь к приостановке через référé. Собирайте досье как для суда с первого дня: точные названия препаратов и процедур, доказательства отсутствия каждого из них в России, непрерывная медицинская история — и считайте каждый срок со дня уведомления, потому что в этих делах время лечит не только болезнь.